м.ю. 레르몬또프의 동양적 서사시 <이즈마일-베일 (Измаил-Бей)>에 대한 一考

Abstract

Представление Лермонтова о Востоке было с детских лет связано с Кавказом, в основном - с горцами, жителями гор, с народами Кавказа, исповедующими ислам. Оказали определенное влияние на кавказские произведения Лермонтова и восточные поэмы Пушкина, Байрона и Бестужева-Марлинского. Лермонтов, создавая свою ‘восточную повесть’, опирался не на какие-либо документальные материалы об Измаил-Бее, а скорее всего только на устные рассказы о нем, в которых его образ приобрел легендарные черты. Лермонтов много внес в образ героя своей восточной повести от своего представления о романтическом герое, сложившегося у него под влиянием прочитанных им восточных поэм Пушкина, Байрона, Бестужева-Марлинского и под влиянием собственных ‘демонических’ чувств, переживаний и представлений. Свое повествование об Измаил-Бее Лермонтов ведет от первого лица, но на основе рассказа старика-чеченца, встреченного им во время пребывания на Кавказе. А предваряется вся повесть лирическим вступлением, в котором поэт передает свои впечатления о природе Кавказа и о воинственных горцах. Демонические черты нашли свое отражение и в образе Измаил-Бея, в том числе в рассказе о романтической любви Измаил-Бея и Зары, который, очевидно, целиком придуман Лермонтовым. Лермонтов несомненно сочувствовал освободительной борьбе кавказских горцев, но вряд ли он сочувствовал религиозному консерватизму и изоляционизму кавказских мусульман. Все симпатии русского поэта на стороне главного героя его ‘восточной повести’ - Измаил-Бея, героя романтического и демонического, трагически двойственного, возглавляющего, с одной стороны, справедливую борьбу кавказских горцев за их независимость против российского самодержавия, а, с другой стороны, хранящего в глубине души воспоминания о том лучшем, что дало ему пребывание в России. Позднее демонические и трагические черты характера Измаил-Бея получают свое развитие в образе главного героя его поэмы Демон