A. 쁠라또노프의 포스트유토피아 산문- 내재성의 모색

Abstract

Мы можем характеризовать утопию Платонова как трансцендентное единство в том смысле, чтоу него утопия, т. е. абсолютное единство я и мира, может быть достигнута только за пределами эмпирического мира (здесь). В его творчестве утопического периода (до средины 1930х годов) наблюдаются три лица утопии, т. е. трансцендентного единства. Первое лицо этой утопии можно назвать утопией абсолютной науки, которой обладает только научный субъект, находящийся вне мира, и с помощью которой он создаёт ‘иной’ мир. Второе лицо его утопии собой представяет материнская утроба, к которой стремятся многие его герои, во многом подсознательно. Как третье лицо этой утопии проявляется мир ‘других’, в который они хотят перейти, отбросив бремя единственного в мире я (мотив стать другим). В творчестве писателя конца 20х годов и начала 30х годов показывается всеобщий пересмотр указанных утопий. Этот пересмотр, как многие исследователи отмечают, носит антиутопический характер. Главная особенность творчества Платонова постутопического периода (после середины 30х годов) заключается в поисках единства я и мира в имманетном мире (не там, а здесь). В рассказе Река Потудань освобождение от утопий как материнской утробы и мира других осуществляется в силу преодоления героем Эдипова комплекса. Это открывает ему новые горизонты, где он входит в интерсубъективное отношение с другим. В рассказе Фро ставятся пробемы любви к дальнему и любви к ближнему, которые решаются утвержением ценностей последнего. Таким образом, в творчестве писателя постутопического периода подчеркивается имманентное единство я и мира.Вот почему тема любви (к ближнему) и памяти так часто появляется в произведениях этого периода.