이반 부닌과 러시아 혁명:‘러시아의 영혼’에서 ‘영원한 현재’로

В ознаменование 100-летия октябрьской революции оглянуться назад, т.е. осмотреть с точки зрения сегодняшнего видения, будет целесообразно, поскольку в последнее время мы пережили и конец той революции, которую когда-то страстно здравствовали и одновременно вспыльчиво ненавидели. В связи с этим эта статья посвящена расмотрению о отношении между литературой и обществом, о смысле литературы, как таковой, и о взаимотношение писателя и истории. Мы фокусируем на Ивана Бунина, который был символом русского зарубежья и первым русским лауреатом Нобелевской премии по литературе. Перед революцией Бунин был дважды удостоен Пушкинской наградой и был избран членом Акадении наук. И в 1910-г. были выпушены его шедевры, как 《Деревня》, 《Суходол》, 《Господин из Сан- Франциско》, 《Чаши жизни》, 《Сны Чанга》 и т. д. и его признали настоящим класском в среде литературы и он пользовался общирной популярностью обычных читателей. При этом он придерживал одиноко свой художественную путь, не участвовав идейно ни в одной литературной группе, как символизме, акмеизме, футуризме, и неореализмоме, и притом не уклоняясь от сотрудничества с ними. Бунин не принимал октябрьскую революцию. Оставив родину, он выбрал жизнь безгражданства до конца жизни. В первые годы эмиграции Бунин создал относительно мало художественных произведений и в основном выступал в качестве публициста, непримирмио враждебного по отношению к советской власти(《Окаянные дни》). Но с 《Розы Иерихона》(1924) начинался его художественный подьем заново и наконец был выпущен его автобиографический роман 《Жизнь Арсеньева》, который являлся высшей точкой его творческого развития, благорадя которому удостоена Нобелевская премия. Во время Второй мировой войны, в годы оккупации юга Франции, где жил Бунин, он написал последний оригинальный сборник художественной прозы 《Темные аллеи》(‘энциклопедия любви’). После эмиграции более 30-ти лет в его произведениях не изображается жизнь во Франци. Франция предоставила ему жизненный приют, но не могла стать источником его творческого вдохновения. Его единственный источик жизни и творчества - это та Россия, которая исчезнула в действительности навсегда, но продолжала сушествовать только в памяти человека, в творчестве писателя.